Азек Ариман

Азек Ариман
	Азек Ариман во время Великого крестового похода ; ; Основной ; ;
Тип	Персонаж
Цикл	Ересь Хоруса
Эпоха	Великий крестовый поход, M31
Фракция	Империум Человечества
Легион	Тысяча Сынов
Роль	главный библиарий и капитан Первого братства
Связь	культ Корвидов
Статус	выжил при разрушении Просперо
Упоминание	«Тысяча Сынов»

Азек Ариман — главный библиарий легиона Тысяча Сынов, капитан Первого братства и представитель прорицательского культа Корвидов. Он входил в ближайшее окружение Магнуса Красного, участвовал в исследовании психических и ксеносских тайн, обучал летописца Лемюэля Гамона и пережил уничтожение Просперо.

Стремление Аримана сохранить знания и остановить мутации легиона стало определяющей чертой его деятельности. После падения Просперо он получил Книгу Магнуса и начал разрабатывать заклинание, известное как «Заглавие».

Положение в легионе

Как главный библиарий Ариман занимал одно из высших мест в иерархии Тысячи Сынов. Он представлял Корвидов — культ, специализировавшийся на предвидении и исследовании возможных вариантов будущего. Магнус доверял ему обучение смертных псайкеров, участие в ритуалах и хранение знаний, хотя скрывал от него собственные договорённости с сущностями Великого Океана и последствия принятых решений.

На отношение Аримана к мутациям повлияла судьба его брата-близнеца Ормузда. Оба были отобраны в легион, но Ормузд погиб от перерождения плоти. Эта утрата сформировала страх Аримана перед дальнейшим распадом Тысячи Сынов и позднее подтолкнула его к поиску всеобъемлющего средства спасения.

Экспедиция на Агхору

На мире Агхору Тысяча Сынов исследовала грандиозную искусственную Гору и находившиеся в ней древние сооружения. Вместе с легионом работали летописцы Лемюэль Гамон, Камилла Шивани, Каллиста Эрида и Махавасту Каллимак, впервые столкнувшиеся с культурой Просперо и методами легионных психических культов.

Магнус поручил Ариману обучать Лемюэля безопасному обращению с пробуждавшимися способностями. Ариман познакомил ученика с Исчислениями, рассказал о природе Великого Океана и предупредил об опасностях неуправляемого психического дара. Между ними возникло интеллектуальное доверие, хотя Ариман не раскрывал смертному всех знаний легиона.

На Агхору также прибыла Пятая рота Космических Волков. Напряжённая встреча едва не переросла в открытый бой из-за взаимной враждебности и разного отношения к психическим силам. Ариман познакомился с рунным жрецом Охтхере Судьбостроителем. Они обсуждали судьбу, предвидение и прошлое Аримана, включая гибель Ормузда. Первоначальное уважение между ними позднее сменилось непримиримым противостоянием.

Во время совместного восхождения к Горе кровавый обряд агхору пробудил гигантских каменных стражей. Тысяча Сынов и Космические Волки сражались рядом, используя соответственно силы культов и собственные мистические практики. После победы Магнус заключил, что скрытая в Горе сила осквернила её защитников, и повёл отряд внутрь сооружения.

Летописцы тем временем расшифровали имя Панфейджа — существа, «поглощающего всё». Внутри Горы Ариман и его братья столкнулись с искажениями пространства, голосами и материальными проявлениями варпа. Тело Ятири стало оболочкой чёрной сущности, а Магнус перенёс сознание в Великий Океан и вступил в противоборство с изменчивым змеем Хоронзоном. Угроза была временно устранена, однако Магнус сохранил сведения об обнаруженной сети ксеносских путей.

Никея и Просперо

После событий на Агхору Охтхере Судьбостроитель выступил против психических практик Тысячи Сынов на Никейском соборе. Принятое там решение ограничило деятельность легионных библиариев, но не заставило Магнуса отказаться от исследования варпа.

Во время нападения на Просперо Ариман участвовал в обороне Тизки. Когда Космические Волки, Кустодес и вульфены прорвали последние рубежи, он сразился с Судьбостроителем одновременно в материальном мире и Великом Океане. Ариман узнал о роли рунного жреца в происходящем и убил его, после чего выжившие Тысяча Сынов отступили к пирамиде Магнуса.

Магнус вышел на поле боя и вступил в поединок с Леманом Руссом. После поражения он принял помощь Хоронзона и перенёс уцелевших легионеров вместе с частью Тизки на другой мир. Там Амон передал Ариману Книгу Магнуса.

Замысел «Заглавия»

Даже после спасения с Просперо перерождение плоти продолжало поражать Тысячу Сынов. Наблюдая мутации выживших и помня гибель Ормузда, Ариман задумал великое заклинание, которое должно было навсегда избавить легион от нестабильности. Первоначально этот замысел получил название «Заглавие».

Решение Аримана сочетало стремление спасти братьев с убеждённостью в том, что знания и правильно составленный ритуал способны исправить последствия прежних ошибок. Полученная Книга Магнуса стала одним из важнейших источников для дальнейшей работы.

Отношения

Магнус Красный: Ариман был одним из наиболее доверенных сыновей примарха. Магнус поручал ему обучение Лемюэля и участие в исследованиях, но скрывал собственную сделку и истинный масштаб опасности.
Лемюэль Гамон: Ариман стал наставником летописца и обучал его обращению с психическими способностями. Их доверие было подорвано после сознательной гибели Каллисты.
Охтхере Судьбостроитель: На Агхору они выступали как собеседники, интересовавшиеся природой судьбы. На Никее Судьбостроитель стал обвинителем Тысячи Сынов, а на Просперо — противником Аримана.
Ормузд: Брат-близнец Аримана, погибший от мутаций. Его судьба определила отношение главного библиария к перерождению легиона.

Связанные статьи

Источник

Грэм Макнилл. «Тысяча Сынов».

По материалам цикла «Ариман»

Цикл «Ариман» показывает Азека Аримана после Рубрики не как завершившего путь еретика, а как изгнанника, который продолжает считать себя спасителем Тысячи Сынов. В «Прахе» он ещё только готовит Рубрику и уже готов убивать мутировавших братьев ради последней попытки. В «Изгнаннике» он скрывается под чужой ролью, но постепенно возвращает себе цель, свиту и рубрикантов.

В рассказах от лица Ктесиаса Ариман показан как повелитель, которому служат не из простой верности. Он спасает, угрожает, обманывает и заключает сделки так, что долг перед ним становится почти неотличим от проклятия. В «Колдуне» эта черта усиливается: Ариман использует судьбу, вероятности и чужие раны как элементы формулы.

Эти материалы расширяют образ Аримана после Просперо: он не отрицает вину, но превращает её в топливо для новых действий. Его трагедия в том, что каждое новое «спасение» требует очередной жертвы.

Источник: «Прах», «Ариман: Изгнанник», «Ариман: Оракул-мертвец», «Ариман: Первый принц», «Участь глупца», «Ариман: Врата Разрухи», «Ариман: Колдун».