Астелян
| Тематическая иллюстрация | |
| Тип | Персонаж |
|---|---|
| Эпоха | Великий крестовый поход и Ересь Хоруса |
| Легион | Тёмные Ангелы |
| Роль | Магистр и инструктор Калибана |
| Связь | Движение Лютера |
Мерир Астелян — терранский ветеран Тёмных Ангелов, магистр и политический союзник Лютера на Калибане. Он последовательно использовал происхождение и старшинство как источник доверия, но подчинял заявленную лояльность собственному расчёту.
Великий крестовый поход
Во время приведения Византиса к Согласию Астелян предпочитал добиться подчинения переговорами. Его подход показывал старую терранскую традицию Первого Легиона, не всегда совпадавшую с методами калибанских командиров.
Калибан
После возвращения на Калибан Астелян участвовал в расследовании диверсий и варповой угрозы. Вместе с Захариилом он обнаружил следы древнего зла, связанного с самой планетой. Решение скрыть опасность от Администратума приблизило его к Лютеру и самостоятельной политике Калибана.
Заговор против Лютера
Когда терранские и калибанские офицеры предложили Астеляну возглавить переворот, он принял роль, но с самого начала передавал сведения Лютеру. План позволил Галедану и верным силам одновременно уничтожить руководителей в покоях правителя и подавить нападение на Редевак.
Мотивом была не простая верность. Астелян считал Льва испорченным правителем и выбирал Лютера как более сильный центр власти — лишь «пока». Эта оговорка показывает условность его союза.
Упоминания
Последние дни Калибана
В романе «Лютер: Первый из Падших» Астелян показан терранским ветераном и одним из главных советников Лютера.
Совместно с Саулюс Мейгон он отвечал за вербовку и обучение войск на Калибане, соединяя легионную дисциплину с организацией древнего Ордена. Астелян также находился рядом с Лютером на Зарамунде и участвовал в сокрытии самостоятельной политики калибанского движения.
На последнем совете Альдурука он прагматично оценивал численность войск, состояние флота и разведданные о приближении Льва. Астелян использовал движение Лютера для собственных целей, однако оставался важным союзником и одним из тех, кто сознательно выбрал сопротивление.