Коракс

Корвус Коракс
	Тематическая иллюстрация
Тип	Примарх
Цикл	Ересь Хоруса
Эпоха	Великий крестовый поход, Ересь Хоруса, Великая Чистка
Фракция	Империум
Легион	Гвардия Ворона
Роль	Примарх XIX легиона; мастер скрытной и партизанской войны
Связь	Император Человечества; Гвардия Ворона
Статус	Пропал в Оке Ужаса; последнее подтверждённое появление — охота на Лоргара
Упоминание	«Первый еретик»; «Потерянное освобождение»; «Коракс»; «Сыны Императора»

Корвус Коракс, обычно называемый просто Кораксом, — примарх XIX легиона Гвардии Ворона, известный как Повелитель Воронов, Владыка Теней и Освободитель. Он вырос среди заключённых и рабов на тюремной луне Ликей, возглавил их восстание против техногильдий Киавара и перенёс методы революционной войны в доктрину своего легиона. Гвардия Ворона под его командованием специализировалась на разведке, скрытном проникновении, диверсиях, поддержке восстаний и уничтожении ключевых целей до начала открытого сражения.

Коракс сохранил верность Императору во время Ереси Хоруса, но оказался одним из главных пострадавших от предательства на Истваане V. После почти полного уничтожения легиона он попытался восстановить его с помощью генетических знаний, связанных с созданием примархов. Вмешательство Альфа-Легиона превратило проект «Раптор» в катастрофу и породило мутировавших воинов, судьба которых стала источником многолетней вины Коракса.

После войны примарх принял разделение легиона на ордены, лично прекратил страдания оставшихся мутантов и покинул Империум, направившись в Око Ужаса. Последнее известное свидетельство описывает Коракса как изменившееся в варпе существо из живой тени и стаи воронов, способное сражаться с демон-примархом Лоргаром. При этом повествование прямо отделяет его от демонов Хаоса: изменившийся облик Коракса рассматривается как раскрытие собственной варповой природы примарха, а не как служение Тёмным богам. Его местонахождение в современной эпохе неизвестно.

Происхождение

После рассеяния примархов Коракс оказался на Ликее — лишённой атмосферы луне промышленного мира Киавар. Луна служила тюрьмой и источником сырья для техногильдий планеты. В шахтах работали преступники, политические противники правящего режима, должники и люди, признанные недостаточно производительными. Вооружённая охрана, постоянное наблюдение и зависимость от поставок с Киавара делали организованное сопротивление почти невозможным.

Младенца обнаружила заключённая Настури Эфрения. Обитатели шахт скрыли его от надзирателей и воспитали сообща. Они обучали быстро взрослеющего примарха не только обращению с оружием и взрывчаткой, но также истории, политике, философии и организации подполья. Благодаря этому Коракс с ранних лет воспринимал себя не одиноким завоевателем, а частью сообщества, которое должно само участвовать в собственном освобождении.

Коракс отличался способностью оставаться незамеченным даже там, где физически не мог скрыться обычный человек. Он проникал через охраняемые районы, изучал распорядок надзирателей и создавал тайные склады. Вместо немедленного открытого мятежа он выстроил продолжительную кампанию: формировал небольшие ячейки, обучал командиров, устраивал саботаж, распространял пропаганду, провоцировал забастовки и заставлял гарнизон распылять силы.

Имя примарха связывалось с вороном и с понятием освобождения. Для заключённых он стал символом того, что господство Киавара не является вечным. Это происхождение определило его последующую политическую и военную самоидентификацию: Коракс считал себя врагом тирании и предпочитал давать угнетённым возможность сражаться самим, а не просто заменять одного правителя другим.

Восстание на Ликее

Коракс начал восстание лишь после того, как подполье накопило оружие и установило контроль над ключевыми системами. Повстанцы одновременно атаковали центры связи, оружейные хранилища, энергетические узлы и казармы. Отдельные удары лишили гарнизон способности действовать как единая сила, после чего защитники луны были разгромлены.

Техногильдии Киавара направили к Ликею войска, но Коракс не позволил им навязать обычную войну. Его отряды нарушали снабжение, заманивали противника в подготовленные зоны поражения и использовали промышленную инфраструктуру против её владельцев. Освобождённые шахтёры обладали меньшими ресурсами, однако лучше знали местность и действовали по единому плану.

Решающим средством давления стали атомные заряды, прежде использовавшиеся в горных работах. Коракс направил их против крупнейших городов и промышленных центров Киавара. Удары вызвали массовую гибель населения и разрушили способность техногильдий продолжать войну. Правящий порядок распался, а миллиарды зависимых рабочих получили возможность освободиться от прежней системы.

Этот эпизод показывает противоречие, сопровождавшее Коракса всю жизнь. Он стремился ограничивать ненужные жертвы и отвергал террор как постоянный метод управления, но был готов уничтожить города, если считал это единственным способом завершить более масштабное угнетение. В отличие от Конрада Кёрза, Коракс воспринимал страх и массовое насилие как крайнюю цену конкретной победы, а не как основу будущего общества.

Ликей получил новое имя — Освобождение. Башня, из которой прежде управляли заключёнными, стала крепостью Гвардии Ворона, известной как Вороний Шпиль. Смена названий имела принципиальное значение: повстанцы присвоили символы прежней власти и превратили их в напоминание о собственной победе.

Встреча с Императором

Император прибыл в систему Киавара во время заключительного этапа революции. Он провёл с найденным сыном день и ночь; содержание их разговора осталось неизвестным. После встречи Коракс принял командование XIX легионом и включение системы в состав Империума. Одним из условий было урегулирование положения Киавара и сохранение достижений восстания.

Присоединение Коракса к Империуму не устранило противоречие между его революционными убеждениями и задачами Великого крестового похода. Он боролся против режима, использовавшего рабский труд, но затем служил государству, которое также применяло принуждение, массовые мобилизации и насильственное приведение миров к Согласию. Коракс видел различие в заявленной цели: Империум должен был объединить человечество и прекратить власть местных тиранов. На практике эта граница далеко не всегда оставалась ясной.

Император, по-видимому, доверял Кораксу больше, чем просто способному полководцу. Позднее, после Истваана V, он открыл сыну доступ к знаниям, связанным с созданием примархов. Такое решение показывает, что верность Коракса и его стремление продолжать войну не подвергались сомнению, даже когда сам примарх считал себя виновным в гибели легиона.

Принятие XIX легиона

До встречи с примархом XIX легион формировался из воинов Терры, включая выходцев из ксерикских рабовладельческих племён. Он долго действовал рядом с Лунными Волками и находился под сильным влиянием Хоруса. Старые части применяли внезапные нападения, обезглавливающие удары и устрашение, но нередко превращали операции в карательные экспедиции против гражданского населения.

Коракс увидел в этих методах сходство с режимом Киавара. Он сохранил скрытность, мобильность и способность наносить удар без предупреждения, но изменил их назначение. Новая Гвардия Ворона должна была разрушать командование противника, вооружать местное сопротивление и сокращать продолжительность войны, а не управлять завоёванными мирами посредством постоянного террора.

Переустройство вызвало конфликт с частью терранских офицеров. Коракс не доверял воинам, воспитанным в прежней традиции и сохранявшим личную преданность Хорусу. Некоторые подразделения были отправлены в отдалённые экспедиции и фактически исключены из центральной структуры легиона; другие получали наиболее опасные назначения. Позднейшие потомки таких сил могли стать основой отдельных странствующих братств, хотя точная преемственность остаётся предметом споров.

Отношение Коракса к старым сынам нельзя описывать только как нравственное очищение легиона. Он действительно отвергал их жестокость, но одновременно устранял политическую оппозицию и укреплял власть выходцев с Освобождения. Как и во время революции, освобождение и беспощадный расчёт были для него тесно связаны.

Военная доктрина

Коракс не сводил скрытную войну к маскировке отдельных бойцов. Его доктрина охватывала всю кампанию:

разведку политической структуры и слабых мест противника;
подготовку местных повстанческих движений;
нарушение связи, снабжения и энергетических систем;
устранение командиров и специалистов;
ложные удары и дезинформацию;
быстрое сосредоточение сил на решающем направлении;
отход до того, как противник сможет использовать численное превосходство.

Гвардия Ворона охотно применяла десантные и штурмовые подразделения, прыжковые ранцы, лёгкую авиацию и опытные образцы снаряжения. Промышленность Киавара обеспечивала легион специализированными машинами и системами скрытности. Испытания нового силового доспеха привели к появлению серийной брони Mark VI, названной «Корвус» в честь примарха.

Тактика Коракса была особенно эффективна против централизованных режимов. Уничтожив узкий круг командования и позволив местным противникам власти перейти к открытому восстанию, он мог обрушить государство без длительной осады. Однако против врага, готового принести собственные войска в жертву или не имевшего обычной социальной структуры, эти методы требовали изменений.

Великий крестовый поход

Под командованием Коракса Гвардия Ворона стала одним из главных специалистов Империума по сложным операциям проникновения. Легион покорял системы, где прямое наступление привело бы к чрезмерным потерям, и предварительно подготавливал цели для более крупных армий. В отдельных случаях его старые отчёты продолжали использоваться спустя десятилетия: сведения экспедиции Коракса о храмах и центрах управления Истваана III позднее легли в основу планов новой атаки на этот мир.

Кампания против Каринаи показала масштаб возможностей примарха. Противник располагал огромными городами-кораблями, развитой обороной и готовностью использовать население как заложников. Коракс сочетал действия флота, Имперской армии и легиона, стремясь принудить правителей к сдаче без полного уничтожения их владений. Война стала испытанием его представления о «чистом» освобождении: даже точно спланированное вторжение не могло устранить моральную ответственность за неизбежные жертвы.

Коракс резко осуждал командиров, для которых запугивание населения было самостоятельной добродетелью. Наиболее очевидным противником стал Конрад Кёрз. Оба примарха были бледными, мрачными, действовали из тени и использовали внезапный страх, поэтому братья и летописцы постоянно сравнивали их. Коракс ненавидел это сходство, поскольку видел в Кёрзе возможный образ самого себя, если борьба с тиранией превратится в удовольствие от наказания.

Во время совместной кампании Коракс потребовал прекратить массовые убийства, устроенные Повелителями Ночи. Столкновение едва не переросло в поединок. Различие между братьями состояло не в способности к жестокости — оба ею обладали, — а в понимании её цели. Кёрз считал ужас универсальным законом порядка; Коракс полагал, что страх допустим только как временный инструмент для разрушения более тяжёлого угнетения.

Врата Сорок Два

После назначения Хоруса Воителем Гвардия Ворона участвовала в подавлении восстания в скоплении Акум-Сотос. Население миров оказалось захвачено ксеносскими паразитами, а укреплённые Врата Сорок Два защищали центр коллективного разума захватчиков.

Хорус приказал Гвардии Ворона провести лобовую атаку на укрепления. Коракс возражал и предлагал использовать отвлекающие операции, чтобы растянуть силы противника и позволить другим легионам прорваться с меньшими потерями. Пертурабо обвинил его в трусости; вмешательство Лемана Русса предотвратило поединок. Русс напомнил, что Император поставил Хоруса выше братьев, и Коракс подчинился.

В авангард были назначены преимущественно терранские части и офицеры, наиболее готовые поддержать план Воителя. Врата удалось захватить, но Гвардия Ворона потеряла тысячи воинов и осталась одним из самых малочисленных легионов. С военной точки зрения победа была достигнута именно способом, который Коракс считал расточительным.

Последствия имели политическое значение. Большинство сторонников старых порядков и тайных воинских лож погибло, влияние Хоруса внутри XIX легиона резко ослабло. Недоброжелатели Коракса считали, что он сознательно использовал бой для устранения терранской оппозиции. Прямого доказательства заранее задуманной чистки нет, но выбор авангарда был сделан самим примархом, и поэтому ответственность нельзя полностью возложить на Хоруса.

После Врат Сорок Два Коракс вывел легион из непосредственного подчинения Воителю и поклялся больше не служить рядом с ним. Личная вражда оказалась одним из факторов, защитивших Гвардию Ворона от лож и влияния, через которые готовилось предательство. К началу Ереси Хорус не располагал в XIX легионе значительной группой союзников.

Начало Ереси Хоруса

Получив сведения об измене Воителя, Коракс без колебаний поддержал лоялистов. Император направил против мятежников семь легионов. Гвардия Ворона, Железные Руки и Саламандры составляли первую волну, которой предстояло атаковать укрепления Хоруса на Истваане V. Ещё четыре легиона должны были прибыть следом и поддержать наступление.

Феррус Манус стремился немедленно добраться до Фулгрима, а Коракс действовал осторожнее и командовал одним из направлений атаки. Первая фаза была успешной: лоялисты прорвали внешние позиции, нанесли предателям тяжёлые потери и заставили их отступить. Измотанные части отошли к прибывшей второй волне, считая её союзной.

Железные Воины, Несущие Слово, Повелители Ночи и Альфа-Легион открыли огонь по лоялистам. Предательство превратило подготовленную операцию в окружение. Пути отхода были уничтожены, а три передовых легиона оказались между укреплениями Хоруса и войсками второй волны.

Поединок с Лоргаром

Во время бойни Коракс столкнулся с Гал Ворбак — первыми одержимыми Несущих Слово. Его скорость, когти и способность появляться из тени позволили за короткое время уничтожить большую часть демонического отряда. Лоргар вступил в бой, пытаясь спасти сыновей.

Коракс значительно превосходил Лоргара как боец. Он тяжело ранил брата и почти нанёс смертельный удар. Лоргара спас Конрад Кёрз, появление которого заставило Коракса отступить. Повелитель Воронов понимал, что сражение сразу с двумя примархами лишит его последнего шанса собрать уцелевших сыновей.

Встреча трёх братьев имела символический смысл. Коракс увидел рядом врагов, представлявших две отвергнутые им формы власти: религиозное подчинение Лоргара и управление страхом Кёрза. Сам он оставался верен Императору, но уже находился среди руин Великого крестового похода, который должен был положить конец подобным режимам.

Девяносто восемь дней на Истваане V

Коракс попытался эвакуироваться на «Громовом ястребе», но машину сбили. Вместе с остатками легиона он ушёл в горные разломы за пределами основного поля боя. Началась почти стодневная война за выживание.

Гвардия Ворона вернулась к методам Ликея. Небольшие группы устраивали ложные следы, нападали на поисковые отряды, разрушали склады и уводили противника от укрытий раненых. Коракс несколько раз лично выходил на поиски потерянных сыновей и уцелевших воинов других легионов. По мере отхода основных сил Хоруса главными преследователями становились Пожиратели Миров, части Несущих Слово и войска предательского Механикума.

Предатели возводили пирамиды из черепов, воздействие которых вызывало безумие у находившихся рядом воинов. Коракс приказал уничтожать эти сооружения, хотя тогда ещё не располагал полным пониманием природы Хаоса. Гвардия Ворона одновременно училась сражаться против материальной армии и против явлений, не укладывавшихся в Имперскую Истину.

Постоянные бои, отравленная атмосфера и отсутствие снабжения сокращали число выживших. На девяносто восьмой день около трёх тысяч воинов вышли к соляным равнинам, где их настигли превосходящие силы Ангрона. Коракс приготовился к последнему бою.

Спасение пришло с Освобождения. Префектор Маркус Валерий, командир союзной Терионской когорты, увидел повторяющиеся сны о бедствии примарха и убедил капитана Бранна Нева отправить резервный флот к Истваану. Корабли и десантные машины прибыли в момент атаки Пожирателей Миров и эвакуировали остатки легиона.

Альфа-Легион тайно использовал спасательную операцию в собственных целях. Его агенты способствовали проходу флота, а затем проникли в ряды уцелевших, приняв внешность погибших Гвардейцев Ворона. Коракс получил возможность продолжить войну, не подозревая, что вместе с ним с Истваана ушло средство будущего саботажа.

Возвращение на Терру

После эвакуации Коракс отправил большую часть выживших к Освобождению, а сам прибыл на Терру. Он считал, что подвёл Императора: легион был почти уничтожен в первой крупной операции Ереси и не мог противостоять армиям Хоруса обычным способом.

Император уже был связан войной в Паутине и не мог провести обычную встречу. Тем не менее Коракс получил психическое указание и доступ к защищённой лаборатории. В её глубинах хранились сведения о генетической основе примархов — знания, превосходившие стандартную технологию создания Астартес.

Чтобы получить материал, Кораксу пришлось пройти систему защиты, известную как Лабиринт. Испытание проверяло не только силу, но и способность понимать замысел отца. В результате примарх вынес из лаборатории генетическую матрицу, которая могла значительно ускорить развитие новых воинов.

По просьбе Малкадора Сигиллита Коракс также участвовал в операции на занятом мятежниками Марсе. Засада предателей не уничтожила отряд, но показала, насколько трудно даже лояльным силам действовать в Солнечной системе. После этого примарх вернулся на Освобождение и начал восстановление легиона.

Проект «Раптор»

Главным исполнителем генетической программы стал главный апотекарий Винцент Сикс при поддержке лояльного генетора Механикума. Обычное превращение кандидата в Астартес занимало годы и требовало последовательного внедрения органов. Новая матрица позволяла быстро вырастить почти полный комплекс преобразований.

Первые результаты были успешными. Примерно пятьсот новых воинов достигли боеспособности за несколько недель. Они обладали силой и скоростью, превышавшими возможности обычных новобранцев, и получили название Рапторов. Если бы производство продолжилось, Гвардия Ворона могла восстановить значительную часть численности до решающего этапа войны.

Агенты Альфа-Легиона проникли в исследовательский комплекс под обликом погибших Гвардейцев Ворона. Используя союз с изменниками на Киаваре, они похитили часть знаний и заразили исходный материал мутагеном, созданным с применением демонической крови. Следующие поколения Рапторов начали приобретать клыки, когти, чешую, рога, лишние конечности и другие неконтролируемые изменения.

Мутанты сохраняли разум и верность, но их состояние ухудшалось. Коракс остановил массовое создание новых воинов и скрыл последствия проекта. Часть Рапторов продолжила сражаться в изолированных отрядах. Их боевая ценность оставалась высокой, однако примарх воспринимал каждый изменённый облик как доказательство собственного провала.

Альфа-Легион не смог полностью уничтожить геносемя Гвардии Ворона, но достиг стратегической цели: быстрое восстановление XIX легиона прекратилось, а силы Коракса остались слишком малочисленными для обычной фронтовой войны. Часть похищенных материалов оказалась у агентов Альфа-Легиона; их дальнейшая судьба и полный масштаб использования не установлены однозначно.

Война из тени

После провала ускоренного восстановления легиона Коракс отказался превращать уцелевших в пассивный резерв Терры. Имея менее четырёх тысяч воинов, он стремился раздробить наступление Хоруса на множество локальных кризисов: нападал на конвои и верфи, поддерживал сопротивление, разрушал политическую устойчивость оккупированных миров и вынуждал предателей распылять силы.

В кампании, описанной в «Лорде Воронов», примарх сочетал действия местного подполья, точный расчёт времени, диверсии и внезапную концентрацию войск. Он собирал под единым командованием выживших из разных соединений, но не считал военную власть основанием для вечного правления. На Скарато Коракс признавал, что освободитель должен дать обществу возможность самому отвечать за свободу и уйти, если его собственное присутствие становится новой формой зависимости.

Во время операции на Фелдерусе Коракс лично использовал перестрелку группы Ашеля и бывшего воина VIII легиона Нуона как отвлекающий манёвр. Пока противник преследовал их, примарх проник в бункер и, по контексту рассказа «О пользе страха», уничтожил его защитников. Его внезапное появление и бесшумное исчезновение продемонстрировали принцип Гвардии Ворона: страх создаётся не показательной жестокостью, а пониманием, что удар может прийти из незаметного направления.

Атлас и Кузница души

В «Кораксе: Кузнице души» примарх лично руководил абордажем, разведкой Атласа, переговорами с магосами и штурмом Кузницы души. Он составлял карту города, создавал ложные цели и использовал способность выпадать из восприятия. Когда скрытности оказалось недостаточно, Коракс сознательно продемонстрировал магосам силу примарха и пригрозил планетарным возмездием.

Устройство рабочих кварталов напомнило ему тюрьмы Ликея. Коракс обещал не допустить новой тирании на Констаниксе и сочувствовал порабощённой команде «Камиэля», но ради военной цели допустил уничтожение личности Лакриментиса при извлечении данных. Источник не изображает решение безусловно правильным: оно продолжает конфликт между идеалами освободителя и необходимостью командующего.

После провала проекта Коракс перестроил уцелевшие силы в автономные группы. Они нападали на промышленность мятежников, освобождали тюремные миры, поддерживали восстания и вынуждали Хоруса отвлекать войска от главных фронтов. Гвардия Ворона действовала на Констаниксе II, Скарато, Карандару и в других системах.

Операции показывали, что малочисленный легион сохранял стратегическое значение. Коракс не мог удерживать обширные территории, зато разрушал инфраструктуру и оставлял после себя вооружённые правительства, способные продолжать борьбу. В отличие от простого рейда, такая кампания меняла политическую обстановку на годы.

При штурме так называемой Совершенной крепости, построенной Детьми Императора, Гвардия Ворона использовала особенности укреплений против защитников. Освобождение тюремной колонии Карандару напомнило Кораксу о Ликее и заставило вновь столкнуться с судьбой Рапторов. Война постоянно соединяла настоящее с его первоначальной революцией и неудавшейся попыткой восстановить сыновей.

Коракс не прибыл на оборону Императорского дворца. Это иногда трактовалось как отказ от прямой помощи Терре, однако его силы были слишком истощены, а операции в тылу связывали войска предателей. Позднее Леман Русс прямо защищал вклад Гвардии Ворона, указывая, что её действия спасли целый легион и продолжали наносить ущерб Хорусу.

Спасение Космических Волков

После неудачной попытки Русса убить Хоруса Космические Волки оказались окружены в системе Ярант. Видения Маркуса Валерия вновь предупредили Коракса о бедствии союзников. Повелитель Воронов решил идти на помощь, хотя часть его воинов считала, что остатки легиона следует сохранить для защиты Терры.

Гвардия Ворона прорвалась к Волкам и организовала эвакуацию. В ходе боя Коракс сперва был готов остаться вместе с Бьорном и погибнуть в последнем рубеже. Наблюдение за самоуверенностью командиров Хоруса заставило его отказаться от самоубийственной логики: жизнь примарха и легиона принадлежала не их чувству вины, а продолжению службы Императору.

Коракс вывел уцелевших с Яранта и доставил тяжело раненного Русса на Освобождение. Этот поступок имел последствия, далеко выходившие за пределы одной битвы: Космические Волки сохранили достаточно сил, чтобы продолжить войну и участвовать в последующей Великой Чистке.

На Освобождении Коракс и Русс встретились с Лионом Эль-Джонсоном. Лион критиковал отсутствие Коракса на главных фронтах, но Русс указал, что без Гвардии Ворона его легион погиб бы. Коракс отказался отдавать все оставшиеся силы в возглавленную Лионом кампанию разрушения миров предателей, считая месть недостаточным основанием для новых массовых потерь. Он выделил ограниченный контингент для точечных ударов перед основными силами.

Подразделения Гвардии Ворона позднее участвовали вместе с Тёмными Ангелами и Космическими Волками в атаке на Барбарус, родной мир Гвардии Смерти. Их задачей оставалось уничтожение ключевых целей и сокращение необходимости в полном истреблении населения.

Судьба Рапторов

Коракс продолжал использовать уцелевших Рапторов в операциях, где их особенности давали преимущество, и не позволял относиться к ним лишь как к безличным чудовищам. Попытка Натракина повлиять на судьбу мутировавших братьев в «Кузнице души» подчеркнула, что внутри легиона не существовало единого отношения к экспериментальным воинам. Однако примарх считал ответственность за их появление своей и в итоге принял решение лично прекратить их страдания.

После завершения Ереси Коракс вернулся к проблеме мутировавших Рапторов. Они не были предателями и не выбирали своё состояние. Многие продолжали считать себя его сыновьями и выполняли приказы, несмотря на физическое и психическое разрушение.

Коракс решил, что излечить их невозможно. Он лично обошёл места содержания оставшихся мутантов и даровал каждому «милость Императора». Убийства совершались не в бою и не как наказание, а как прекращение страданий, однако именно поэтому стали для него особенно тяжёлыми. Примарх уничтожил тех, кого создал ради спасения легиона.

Ответственность за мутации лежала прежде всего на саботаже Альфа-Легиона, но Коракс не освобождал себя от вины. Он принял решение использовать запретную и плохо понятую технологию, ускорил эксперименты под давлением войны и скрыл их последствия. В его восприятии Рапторы стали повторением атомных ударов по Киавару: попытка добиться освобождения посредством чрезвычайной силы вновь потребовала жертв, цену которых платили другие.

Разделение легиона

После смерти Хоруса и окончания осады Робаут Жиллиман предложил разделить легионы на самостоятельные ордены в соответствии с Кодексом Астартес. Коракс принял реформу. Опыт Истваана показал ему опасность сосредоточения слишком большой военной власти у одного командира, а собственная доктрина и без того опиралась на автономные соединения.

Гвардия Ворона была разделена на ордены, сохранившие разные стороны наследия XIX легиона. Сам Коракс не стал активным участником нового общеимперского управления и отсутствовал на совете по восстановлению. В отличие от Жиллимана, Дорна и других братьев, он всё больше отделял себя от политической структуры Империума.

Формальное исполнение долга не принесло ему примирения с прошлым. Легион выжил, но не таким способом, на который он рассчитывал; Император был прикован к Золотому Трону; множество освобождённых миров вновь оказалось частью жестокого военного государства. Победа над Хорусом не восстановила будущее, ради которого вёлся Великий крестовый поход.

Исчезновение

После убийства последних Рапторов Коракс заперся в личных покоях Вороньего Шпиля. В течение года он не общался с легионом и просил Императора о прощении. Неизвестно, получил ли он какой-либо ответ.

Ровно через год примарх вышел из башни, покинул Освобождение и направился к Оку Ужаса. Его последние слова, записанные сыновьями, передаются как «Никогда более» — «Never more». Коракс не поручил легиону ждать возвращения и не сообщил точного плана. Он отправился в область господства предателей, намереваясь преследовать братьев, виновных в Истваане V.

Для Империума Коракс исчез. В отличие от примархов, чья гибель была подтверждена или чьё тело сохранялось, его судьба оставалась открытой. Гвардия Ворона продолжила существовать без генетического отца, превратив рассказы о нём в сочетание военной традиции и пророчества о возможном возвращении.

Охота на Лоргара

Спустя неопределённое время после Ереси отряд Несущих Слово на одном из демонических миров подвергся нападению существа, которое принимало форму живой тьмы, крылатого силуэта и огромной стаи воронов. Нападавший уничтожал Астартес и демонов, свободно меняя облик и проходя через окружение так, словно материальные ограничения перестали иметь для него прежнее значение.

Лоргар узнал в существе Коракса и прямо отверг предположение, что перед ним демон. Коракс утверждал, что варп лишь раскрыл природу, которая всегда существовала внутри примархов. Его способность скрываться от восприятия, прежде проявлявшаяся как «скольжение тени», превратилась в полное управление собственным образом.

В новом поединке Коракс вновь теснил Лоргара. Демон-примарх был вынужден отступить через портал в свою крепость и закрыть проход. Коракс пообещал преследовать брата и разрушить всё, что тот создал.

Это событие является последним надёжно описанным появлением Повелителя Воронов. Оно не датировано современной эпохой Warhammer 40,000 и не доказывает, что Коракс непрерывно сторожил убежище Лоргара в течение десяти тысяч лет. Также нет подтверждения его гибели, возвращения в Империум или превращения в служителя Хаоса. Корректный статус персонажа — пропавший в Оке Ужаса лояльный примарх, который по последнему свидетельству продолжал охоту на предателей.

Личность и убеждения

Коракс понимал свободу как обязанность самого освобождённого общества, а не как дар вечного правителя. Его опыт Ликея сделал его противником наследственной тирании, рабства и самосуда, но военная практика постоянно вынуждала действовать директивно. Он мог предоставить миру политическую возможность, одновременно самостоятельно определяя масштаб войны и судьбу тех, кого считал угрозой.

Предательство Альфа-Легиона разрушило его прежнее доверие к форме, знакам и личным заверениям. После проекта «Раптор» он проверял союзников значительно жёстче и всё чаще строил операции так, чтобы ни один отдельный участник не владел полным планом.

Коракс был одним из наиболее политически мыслящих примархов. Он не просто побеждал армии, но анализировал устройство обществ, причины подчинения и возможность внутреннего восстания. Для него успешная война должна была изменить отношения власти, а не только заменить флаг над столицей.

Он проявлял больше сочувствия к обычным людям, чем многие братья, и стремился сокращать потери среди гражданского населения. Освобождённые заключённые оставались его ближайшими советниками, а легион поддерживал местных повстанцев вместо обращения с ними как с расходным материалом.

При этом Коракс не был последовательным противником насилия или авторитарной власти. Он применил атомное оружие против городов Киавара, подчинился завоевательной политике Империума, отправлял нелояльных терранских сыновей в смертельно опасные кампании и единолично решил судьбу Рапторов. Его идеал свободы всегда ограничивался убеждением, что сам примарх достаточно мудр, чтобы определить допустимую цену.

Коракс тяжело переживал неудачи и был склонен превращать ответственность в саморазрушительное чувство вины. После Истваана он стремился восстановить легион любой ценой; на Яранте едва не выбрал бессмысленную гибель; после Ереси удалился от сыновей. Вместе с тем он умел пересматривать решение. Отказ от последнего боя на Яранте показал, что служение цели для него могло оказаться важнее личного искупления.

Облик

Коракс описывался как высокий и худощавый по меркам примархов мужчина с чрезвычайно бледной кожей, длинными чёрными волосами и полностью тёмными глазами. Его лицо казалось неподвижным и печальным, что усиливало сходство с Конрадом Кёрзом. В бою спокойствие быстро сменялось яростью хищника.

Чёрный доспех и крыловидная система полёта создавали образ огромной хищной птицы. Коракс мог двигаться почти бесшумно, а затем внезапно переходить к стремительной атаке. Для наблюдателей исчезновение примарха часто казалось сверхъестественным ещё до его ухода в Око Ужаса.

В варпе внешность Коракса стала текучей. Он появлялся как человек в доспехе, бесформенная тень, крылатое чудовище или стая чёрных птиц. Эти формы не следует принимать за обычную физическую мутацию: они отражали способность примарха подчинять материальное проявление собственной воле в пространстве, где мысль и материя неразделимы.

Способности

Наиболее необычной способностью Коракса была «теневая поступь» — умение заставлять наблюдателей не замечать его присутствия. Это не буквальная невидимость, телепортация или прохождение сквозь материю: примарх воздействовал на восприятие, перемещаясь в поле зрения противника без осознанной реакции с его стороны. Аналогичный, хотя менее мощный дар проявлялся у некоторых Мор Дейтан. Апотекарии не дали ему окончательного биологического объяснения.

Коракс превратил дар в доктрину: находиться не там, где ждёт враг, не искать признания, использовать отвлечение и наносить удар только в момент, когда противник уже лишён возможности правильно ответить.

Коракс обладал силой, скоростью, выносливостью и интеллектом примарха, однако его главной особенностью было управление восприятием. Способность, называемая «скольжением тени», позволяла ему удалять своё присутствие из внимания окружающих. Коракс не обязательно становился оптически невидимым: разум наблюдателя переставал выделять его как объект, даже когда примарх находился поблизости.

Эта способность сочеталась с многолетней подготовкой подпольщика. Коракс умел выбирать маршруты, использовать освещение, шум, архитектуру и психологические ожидания противника. Поэтому отделить врождённую силу от приобретённого мастерства было трудно.

В сражении он предпочитал скорость и точность тяжёлой дуэли. Коракс атаковал командиров, связь и тяжёлое вооружение, постоянно менял направление и использовал прыжковую систему для ударов с воздуха. Он мог разрывать одержимых Астартес, противостоять другим примархам и применять тяжёлый болтер так же свободно, как обычный человек — винтовку.

После исчезновения возможности Коракса расширились. В Оке Ужаса он превращался в тень и стаю воронов, пересекал материальные преграды и сражался на равных с демон-примархом. Источник не объясняет, были ли эти способности приобретены в варпе или представляли полное раскрытие сил, заложенных при создании примархов. Сам Коракс придерживался второй версии.

Доспех и вооружение

Снаряжение Коракса объединялось под названием Паноплия Повелителя Воронов. В неё входили:

Соболиный доспех — чёрная искусно изготовленная силовая броня, созданная на основе Mark IV. Она подавляла энергетическую сигнатуру примарха и могла нарушать связь противника;
Корвидинские крылья — усовершенствованная полётная система, позволявшая быстро менять высоту и направление, зависать над полем боя и наносить стремительные удары;
Когти Ворона — пара искусных молниевых когтей, способных пробивать броню Астартес и тела одержимых;
Гнев и Правосудие — два археотехнологических пистолета;
Талионис — созданный Механикумом трёххвостый силовой хлыст;
тяжёлый болтер, который Коракс использовал в тех случаях, когда скрытность уступала место открытому бою.

Набор оружия отражал его доктрину. Коракс мог начать операцию незаметно, уничтожить цель точным огнём, перейти к ближнему бою и немедленно покинуть зону столкновения. Ни один предмет не был обязательным условием его опасности: на Истваане и в Оке Ужаса он оставался смертельным противником даже без полной паноплии.

Отношения

Император Человечества

Коракс принял Императора как отца и руководителя человечества, но содержание их первой беседы осталось тайной. Его верность пережила почти полное уничтожение легиона. Император ответил доверием, открыв доступ к генетическим знаниям, которые не предназначались для обычных учёных.

После Ереси Коракс просил отца о прощении, хотя Император уже не мог общаться с ним обычным образом. Эта потребность показывает, что примарх считал проект Раптор не только личной ошибкой, но и нарушением доверия создателя.

Хорус Луперкаль

Хорус долго использовал ранний XIX легион как вспомогательную силу Лунных Волков. Коракс воспринимал это как присвоение его сыновей и продолжение старой культуры угнетения. Врата Сорок Два окончательно разрушили отношения.

К началу Ереси личная неприязнь сочеталась с политическим недоверием. Коракс не колебался при выборе стороны и после Истваана посвятил остаток войны разрушению власти Воителя.

Конрад Кёрз

Кёрз был тёмным отражением Коракса. Оба выросли без Императора, самостоятельно свергали преступные режимы, использовали страх и предпочитали ночную войну. Коракс сохранил идею освобождения и пределы допустимой жестокости; Кёрз превратил наказание в самоцель.

Именно поэтому Коракс боялся сходства сильнее, чем различий. Вмешательство Кёрза на Истваане заставило его отступить не только перед вторым противником, но и перед образом возможного собственного падения.

Лоргар

Коракс дважды превосходил Лоргара в прямом поединке. На Истваане Кёрз спас раненого примарха Несущих Слово. После Ереси Лоргар уже был демон-примархом, однако изменившийся Коракс вновь вынудил его отступить.

Их конфликт соединяет военную и мировоззренческую вражду. Лоргар строил власть на поклонении высшим силам; Коракс вырос в восстании против хозяев и считал подчинение Хаосу высшей формой рабства.

Гвардия Ворона

Коракс любил сыновей, но его отношение к ним было неравным. Он доверял выходцам с Освобождения, подозревал терранцев и распределял назначения в соответствии с политическими оценками. После Истваана чувство ответственности подтолкнуло его к проекту Раптор, а затем к убийству созданных им мутантов.

Уход в Око Ужаса был одновременно продолжением войны и отказом от легиона. Он оставил Гвардию Ворона способной существовать самостоятельно, но не позволил сыновьям разделить его последнюю миссию.

Наследие

Главным военным наследием Коракса стала доктрина скрытной войны Гвардии Ворона и её орденов-преемников. Разведка, точечные удары, поддержка восстаний и избегание бессмысленных потерь сохранились спустя десять тысяч лет. Даже Mark VI «Корвус», широко используемая другими орденами, носит имя примарха.

Политическое наследие более противоречиво. Коракс доказал, что угнетённые способны самостоятельно разрушить значительно более сильный режим. Одновременно он так и не разрешил противоречие между освобождением и имперским завоеванием. Его собственные победы нередко требовали авторитарных решений, о которых он не спрашивал тех, кого спасал.

Проект Раптор стал предупреждением об опасности отчаянного вмешательства в генетическое наследие Императора. Катастрофу вызвал вражеский саботаж, но успех Альфа-Легиона был возможен потому, что Коракс стремился слишком быстро восстановить утраченную силу.

В истории примархов Коракс представляет верность, не равную внутреннему покою. Он не предал Императора и до конца сражался против Хаоса, однако победа не избавила его от вины. Уход в Око Ужаса превратил Освободителя в одинокого охотника, всё меньше похожего на человека и всё же не отказавшегося от первоначальной цели — уничтожать тех, кто порабощает других.

Источники

Гэв Торп. «Коракс: Кузница души» — Атлас, Кузница души, положение Рапторов и нравственный конфликт Коракса.
Гэв Торп. «Лорд Воронов» — война из тени, политическая философия и командование остатками легиона.
Гэв Торп. «Повелители Теней» — Мор Дейтан и наблюдаемые проявления теневой поступи.
Гэв Торп. «О пользе страха» — операция на Фелдерусе и тактическое учение Коракса.
Ник Кайм. «Вулкан жив» — психическая инсценировка ложного спасения Вулкана; она не является реальным действием Коракса.

Гэв Торп. «Коракс: Повелитель Теней» — характер примарха, война за Каринаи и противоречия его освободительной доктрины. Официальное издание Black Library.
Гэв Торп. «Потерянное освобождение» — детство на Ликее, спасение с Истваана, возвращение на Терру и проект «Раптор». Официальное издание Black Library.
Гэв Торп. «Лик предательства» — прибытие спасательного флота и проникновение Альфа-Легиона. Официальное издание Black Library.
Гэв Торп. «Коракс» — кампании возмездия, судьба Рапторов, Ярант и завершение участия примарха в Ереси. Официальное издание Black Library.
Гэв Торп. «Повелитель Воронов» — освобождение Карандару и последствия экспериментов на Освобождении. Официальное издание Black Library.
Аарон Дембски-Боуден. «Первый еретик» — поединок Коракса с Гал Ворбак, Лоргаром и Конрадом Кёрзом. Официальное издание Black Library.
Гэв Торп. «Тень прошлого» — изменившийся Коракс и его новый поединок с Лоргаром в Оке Ужаса. Рассказ включён в сборник «Сыны Императора».
Warhammer Community: Legions of the Horus Heresy — Raven Guard — официальное краткое изложение происхождения Коракса, реформы легиона и событий Ереси.
The Horus Heresy: Extermination — Raven Guard — история XIX легиона, Врата Сорок Два, доктрина и снаряжение.
The Horus Heresy: Victory is Vengeance — девяносто восемь дней сопротивления на Истваане V и спасение выживших.
Warhammer Community: The Dropsite Massacre — ход предательства на Истваане V.
Warhammer Community: Corax — официальные названия доспеха и вооружения примарха.
Lexicanum: Corvus Corax — сводная библиография персонажа и указатель первичных источников.

См. также