Долгая Ночь

Долгая Ночь

Тематическая иллюстрация
Тип	Историческая эпоха
Цикл	Эра Раздора
Эпоха	M23–M30 или M25–M30, в зависимости от источника
Связь	Человечество
Упоминание	Warhammer 40,000; The Horus Heresy

Долгая Ночь (Old Night) — другое название Эры Раздора, многотысячелетнего периода разрушения и изоляции человеческих миров между Тёмной эрой технологий и возникновением Империума. В разных хронологиях её начало относят к M23 или M25, а завершение — к M30. Термин описывает время, когда прежняя межзвёздная цивилизация распалась под ударами машинных войн, психических катастроф, междоусобиц и варп-штормов.

Для многих планет Долгая Ночь означала голод, гибель населения, утрату знаний и власть военных правителей. Другие общества сохранили промышленность, космические корабли и самостоятельные государства. Поэтому её нельзя представлять ни как полное исчезновение человеческой цивилизации, ни как одинаковое возвращение всех миров к примитивному существованию. Общим стало разрушение широкой системы связей; результаты для отдельных регионов существенно различались.

Название, датировка и периодизация

В источниках Old Night употребляется как синоним Age of Strife. Вариант «Старая Ночь» представляет собой другую передачу того же английского названия, а не самостоятельную эпоху. Разделение на «Эру Раздора — время катастроф» и «Долгую Ночь — строго следующую за ней изоляцию» допустимо как пояснительная схема, но не должно выдаваться за общепринятую каноническую периодизацию.

Начало эпохи датируется неодинаково: историческая шкала 5-го издания использует M23, а 6-го — M25. Эти версии следует приводить раздельно. Выражение «пять тысячелетий Долгой Ночи» соответствует приблизительной схеме M25–M30; оно не описывает продолжительность более ранней версии M23–M30. Отдельная проблема — опубликованная Warhammer Community краткая шкала 2025 года, где заголовок Age of Strife буквально содержит 15–30. Точное сопоставление вынесено в статью Начало Эры Раздора.

Название «Эпоха Изоляции» встречается в исторической традиции скватов. Старые сведения о скватских мирах и современный рассказ о кин и Лигах Вотанна необходимо соотносить с конкретными изданиями, а не без оговорок складывать в одну неизменную историю. В частности, имперское описание человечества не исчерпывает собственную историческую память родственных ему обществ.

Почему изоляция оказалась столь разрушительной

Совокупность причин

Восстание Железных Людей подорвало безопасность цивилизации, широко использовавшей разумные машины. Психическое пробуждение человечества сопровождалось катастрофами там, где люди не могли контролировать открывшуюся им связь с Варпом. Междоусобицы разрушали хозяйство и мешали согласованному сопротивлению внешним угрозам. Наконец, варп-штормы сделали сообщения между множеством колоний практически невозможными.

Эти процессы не образуют бесспорно установленную последовательность одинаковых для всех миров этапов. Источники дают обзорное описание эпохи и отдельные свидетельства, а не непрерывную общегалактическую летопись. Подробно причины и расхождения начальных дат рассматриваются в статье Начало Эры Раздора.

Потеря перевозок и помощи

Человеческие миры были неодинаково обеспечены пищей, сырьём и промышленностью. Планета могла обладать высокоразвитым военным производством и одновременно зависеть от привозного продовольствия. Поселение в искусственной среде нуждалось в исправных системах жизнеобеспечения. Когда поставки прекращались, техническая сложность общества не всегда помогала заменить отсутствующие ресурсы.

Исчезновение связи лишало колонии и возможности получить помощь после местного бедствия. Эпидемия, поражение в войне или разрушение ключевого предприятия становились опаснее в отсутствие внешних резервов. Уцелевший мир должен был существовать в пределах собственных возможностей либо тех ограниченных связей, которые ещё удавалось поддерживать.

Сообщение в условиях Долгой Ночи

Варп-изоляция не равнозначна прекращению всех космических полётов. Полёты в обычном пространстве сохраняли физическую возможность перемещения между планетами одной системы. Иногда такие колонии дополняли друг друга ресурсами и поддерживали местную торговлю. Во время затиший становились возможны отдельные варп-переходы; благоприятно расположенные системы могли образовывать небольшие межзвёздные объединения.

Однако наличие нескольких действующих маршрутов не означало восстановления прежней сети. Переход, доступный одной экспедиции, не обязательно оставался безопасным для регулярного снабжения. Контакт с ближайшей системой не гарантировал связи с Террой или с крупными промышленными центрами. Поэтому слова «изолированный мир» в обзорах эпохи могут обозначать и полностью отрезанную планету, и общество, сохранившее лишь узкий круг соседей.

Потеря сообщения затрагивала представления о времени и пространстве. Пока старые записи сохранялись, жители могли знать названия далёких колоний, не имея возможности проверить, существуют ли они ещё. Через поколения сведения о происхождении с Терры, прежних союзах и чудесах древней техники превращались в предания или оставались достоянием узкого круга хранителей архивов.

Нельзя, однако, задавать всем мирам одинаковую историю: «сначала исчезли астропатические сообщения, затем потерялась спасательная флотилия, после чего прошло ровно несколько поколений». Подобная последовательность может служить литературной моделью, но без названного источника не является документированной хроникой конкретной колонии.

Выживание и технологическая преемственность

Самодостаточные миры

Относительно устойчивыми оказывались общества, способные обеспечить население продовольствием, энергией и необходимыми изделиями без постоянного ввоза. Там, где сохранялись специалисты и производственная база, можно было приспосабливать хозяйство к местным условиям. Более простая технология иногда оказывалась полезнее сложного устройства, которое невозможно отремонтировать доступными средствами.

Самодостаточность не была гарантией безопасности. Она не защищала сама по себе от одержимости, вторжения ксеносов или внутренней войны. Вместе с тем зависимость от импорта не означала неизбежной гибели, если общество успевало перестроиться или сохраняло связь с другими населёнными телами своей системы.

Архивы, СШК и специалисты

СШК была одним из важнейших наследств колонизационной эпохи. Уцелевшие данные могли помогать создавать устройства из доступного сырья, но наличие отдельных шаблонов не равнозначно обладанию полной системой знаний древнего человечества. Следует различать работающую систему, архив проектов, копию отдельной схемы и готовое изделие.

Утрата знаний также не всегда означала полное непонимание принципов. Мир мог знать, как устроена машина, но не иметь инструментов и материалов для её воспроизводства. В других случаях сохранялись инструкции без полноценной научной школы. На третьих планетах традиция инженерного образования продолжала существовать, пусть и в ограниченном масштабе.

Разрушение промышленной цепочки, гибель специалистов и повреждение архивов усиливали друг друга. Отсюда характерная неравномерность регресса: общество сохраняло древнее оружие, энергетические установки или защитные системы, но утрачивало другие области производства. Слово «примитивный» применительно ко всему такому миру часто скрывает важные различия.

Закрытые знания и религиозные формы

Там, где выживание зависело от немногих исправных устройств, контроль над их обслуживанием давал значительное влияние. Техническая преемственность могла сохраняться внутри ограниченных групп и обрастать ритуалами. Но сводить все формы сохранения знаний к одному сценарию возникновения техножречества нельзя: марсианская история имеет собственные источники и не является обязательным образцом для каждой человеческой культуры.

Запреты на самостоятельные искусственные разумы также не следует изображать единым общеимперским законом, действовавшим во всём человеческом космосе уже в начале Долгой Ночи. Страх перед машинами имел исторические основания, но местные общества располагали разными технологиями и по-разному обращались с наследством прошлого.

Псайкеры и опасности Варпа

В отсутствие единой межзвёздной системы надзора судьба псайкеров зависела от местных условий. На одних мирах их преследовали, на других изучали или наделяли властью. Неконтролируемое использование психических сил могло сделать отдельного человека проводником разрушительного воздействия варп-сущностей.

В Space Hulk 1989 года подчёркивается гибель обществ, принявших псайкеров без понимания угрозы, и выживание миров, строго подавлявших их. Это конкретная версия исторического обзора, а не универсальный перечень судеб каждой планеты. Позднейшие произведения позволяют рассматривать отдельные общества более подробно.

Просперо: катастрофа и выживший город

В A Thousand Sons история Просперо раскрывается через руины прежней цивилизации и сохранившуюся Тизку. Тысяча Сынов выдвигает объяснение: древний варп-катаклизм усилил неконтролируемые способности населения и спровоцировал нашествие психнойенов, почти уничтожившее разумную жизнь планеты. Это теория персонажей, а не независимо подтверждённая точная хроника.

Выжившие укрылись в Тизке; её защиту обеспечивали в том числе психические барьеры. Пример показывает, что наличие псайкеров могло одновременно быть связано с опасностью и стать частью средств выживания. Он не доказывает, что Просперо вовсе избежал катастрофы: напротив, большая часть его прежнего общества погибла. В Index Astartes III и романе различается также образ самой планеты — мрачный удалённый мир в первом случае и обильная жизнью природа вне человеческих руин во втором.

Войны, ксеносы и местные государства

Изоляция не прекращала борьбу за власть. Остатки производства, пригодные для жизни территории, продовольствие и корабли становились предметом конфликтов. Военные державы могли объединять часть планеты или несколько связанных поселений; древняя техника позволяла отдельным правителям сохранять силу, несоразмерную общему упадку.

Ослабленные человеческие миры подвергались нападениям ксеносов, включая орков. В имперском повествовании память о вторжениях, порабощении и уничтожении колоний занимает важное место. Однако отношения с чужими видами не сводились к одному сценарию. Некоторые человеческие общества сотрудничали с ксеносами, и их существование засвидетельствовано при позднейшем контакте с Великим крестовым походом.

Это различие важно для оценки имперских рассказов. Реальность враждебных вторжений не делает каждого встреченного ксеноса участником общего заговора против человечества; существование мирного сотрудничества не отменяет разорительных войн. В каждом случае следует говорить о конкретных государствах и событиях.

Уцелевшие цивилизации: свидетельства Великого крестового похода

Сведения об этих обществах происходят преимущественно из рассказов об их встрече с Империумом. Они показывают, что сохранилось или возникло к завершению Долгой Ночи, но не дают права переносить позднейшие границы государств и численность их сил на всю предшествующую эпоху.

Интерексы

Интерексы были развитой человеческой цивилизацией, объединившей к моменту встречи с Лунными Волками около тридцати систем. В её общество входили кинебрахи, прежде побеждённые в войне. Контакты с аэльдари помогли интерексам узнать об опасностях Хаоса; поэтому отсутствие имперских институтов не означало полного неведения о природе угрозы.

Технологии интерексов в ряде областей превосходили имперские, хотя общество было менее сосредоточено на войне. В Horus Rising переговоры с Хорусом срываются на фоне кражи анатама Эребом и последующего вооружённого столкновения. Позднее интерексы были уничтожены. Их история показывает и возможность пережить изоляцию без имперского образца устройства, и то, что новый контакт с человечеством не обязательно завершался мирным объединением.

Ауретианская технократия

Ауретианская технократия — человеческое государство Ауреуса, описанное в False Gods. Его развитие опиралось на сохранившееся наследие СШК, а воины Братства использовали силовые доспехи. Это конкретный пример общества, сохранившего серьёзную технологическую и военную базу вне Империума.

Его гибель произошла уже при контакте с экспедицией Хоруса. Роман различает официальное оправдание войны — якобы готовившееся покушение фабрикатора-консула — и свидетельство Локена, понимавшего ложность этого объяснения. Хорус сам убил прибывшего на переговоры правителя. Следовательно, уничтожение технократии нельзя записывать в потери самой Долгой Ночи или изображать неизбежным результатом технологической отсталости её жителей.

Что эти примеры позволяют заключить

Уцелевшие государства опровергают буквальную формулу «все миры впали в варварство». Но несколько известных исключений не дают основания объявить Долгую Ночь в целом временем благополучия или считать сохранение передовой техники повсеместным. Общегалактическое описание катастрофы и отдельные истории выживания относятся к разным масштабам наблюдения.

Терра: мир техноварварских держав

Для Терры разрыв межзвёздных связей сопровождался голодом, истощением среды и борьбой за уцелевшие ресурсы. Планета распалась на соперничающие владения. В литературе о предыстории Империума известны как небольшие военные режимы, так и значительные территориальные державы; поэтому образ единого безгосударственного хаоса неполон.

Обозначение «техноварвары» сочетает представления о жестокости и политической раздробленности с владением остатками высоких технологий. Оно не задаёт одинакового уровня развития всем противникам Императора. Их вооружение и организация могли далеко превосходить то, что обычно подразумевается под примитивным обществом.

В The Master of Mankind, в частности, обращение к Маулланд-Сен показывает одну из форм жестокой местной власти и имперского объяснения необходимости её уничтожения. Это частный эпизод истории Терры, а не универсальная характеристика каждого режима Долгой Ночи.

Объединительные войны Императора положили конец независимости соперничающих терранских держав и создали политический центр будущей межзвёздной экспансии. Однако объединение одной планеты ещё не означало восстановления всего человечества. Для этого требовались ресурсы других владений Солнечной системы, соглашение с Марсом и возможность вновь выходить за пределы местной изоляции.

Марс и становление Механикума

Марс пережил собственный экологический и общественный кризис. Восстановление жизненно важных машин и защищённых поселений было связано с возвышением Культа Механикус. Знание, обслуживание устройств и почитание Бога-Машины стали основой особой цивилизации. Её нельзя считать неизменным остатком довоенного общества или только собранием людей, не понимавших используемых механизмов.

Марсиане научились использовать затишья в штормах для отправки экспедиций. Часть флотов погибла, другие основали удалённые миры-кузницы. В The Horus Heresy: Age of Darkness Rulebook, с. 124–126, описаны такие миссии с техножрецами, сервиторами и силами титанов. Их существование важно: Механикум мог расширяться ещё в условиях Долгой Ночи, хотя устойчивые связи между Марсом и многими дочерними мирами были восстановлены только позднее.

Приход Императора означал не простую ликвидацию марсианской традиции. Союз закрепил особое положение машинного культа, а признание Императора Омниссией стало важнейшей частью отношений Марса и Терры. Mechanicum показывает этот религиозно-политический порядок и сохранявшиеся внутри него разногласия.

Изменение человеческих обществ

Тысячелетия самостоятельного существования усилили культурное разнообразие. Разные планеты сохраняли разные фрагменты общего прошлого и создавали собственные представления о происхождении, праве, религии и допустимой власти. Будущий Империум объединял не одинаковые колонии с временно потерянной связью, а общества с длительной самостоятельной историей.

Изоляция и жизнь в разных средах были связаны также с разнообразием человеческих популяций. Однако происхождение конкретных аблюдей требует отдельного рассмотрения: естественная адаптация, древняя генная инженерия, репродуктивные технологии и воздействие Варпа не являются взаимозаменяемыми объяснениями. Нельзя относить появление всех отличавшихся от терранского образца людей исключительно к Долгой Ночи.

Позднейшая имперская классификация на допустимых аблюдей и преследуемых мутантов была оценкой уже нового государства. Она не обязательно совпадала с самоопределением населения и не может служить нейтральным доказательством того, как возникла каждая человеческая линия.

Завершение эпохи

Падение аэльдари и изменение Варпа

Кульминация Падения аэльдари сопровождалась рождением Слаанеш и образованием Ока Ужаса. Для самой цивилизации аэльдари это было катастрофой, уничтожившей большую часть её населения и древних владений. Для изолированной Терры существенным последствием стало изменение варп-условий: длительные штормы, препятствовавшие выходу во внешний космос, ослабли.

Таким образом, рождение Слаанеш относится к завершению Долгой Ночи в обычной хронологической последовательности, а не к её первоначальному началу. Не следует также понимать последующее затишье как исчезновение любых опасностей Варпа. Око Ужаса само осталось огромной областью соприкосновения материальной реальности с Имматериумом.

Великий крестовый поход

После объединения Терры и создания союза с Марсом Император смог начать Великий крестовый поход. Для имперского повествования он означал воссоединение человечества и завершение периода разобщённости. Для независимых обществ прибытие экспедиционного флота было прежде всего встречей с новой военной державой, требовавшей признать её власть.

Эти перспективы не исключают друг друга. Контакт мог восстановить торговлю и предоставить защиту; одновременно он мог повлечь утрату независимости, навязывание новых порядков и войну. Условия принятия Согласия и судьба отказавшихся подчиниться миров различались.

Историческая граница в M30 относится к возникновению нового общего порядка, а не к одновременному освобождению каждой колонии от изоляции. Великий крестовый поход растянулся на продолжительное время, и огромные пространства оставались вне его досягаемости даже после начала экспансии.

Наследие и пределы знания

Долгая Ночь оставила человечеству утраченные технологии, огромную культурную неоднородность, независимые традиции технических и психических знаний и память о бедствиях, масштабы которых уже невозможно было полностью восстановить. Страх повторного распада стал одним из оснований имперского стремления к централизации.

Но Империум не воссоздал прежнее общество Тёмной эры технологий. Он объединил уцелевшие миры в иной политический и военный порядок, сочетавший технологическое наследство с новыми запретами и институтами. Его собственная версия прошлого подчёркивает необходимость единства и опасность неподконтрольных сил; это историческая позиция внутри мира, которую следует отличать от полного, беспристрастного знания обо всех пережитых катастрофах.

При описании эпохи особенно важны четыре ограничения:

• разные начальные даты отражают разные источники, а не обязательно установленную последовательность стадий;
• общие формулы о гибели цивилизации не отменяют существования развитых уцелевших обществ;
• сведения времён Великого крестового похода не дают точной картины каждого государства на протяжении всех предшествующих тысячелетий;
• местные легенды, теории персонажей и официальные оправдания войны должны быть обозначены как соответствующие виды свидетельств.

Связанные статьи

• Начало Эры Раздора
• Восстание Железных Людей
• Создание Стандартных шаблонных конструкций
• Объединительные войны
• Падение аэльдари
• Рождение Слаанеш
• Великий крестовый поход
• Интерексы
• Ауретианская технократия
• Просперо
• Лиги Вотанна